а съезд этот вёл на дорогу к лесу Белангло. Поэтому когда в ноябре 1993 г. по английскому телевидению стали рассказывать о скелетах, найденных в Белангло, Пол моментально связал гибель этих людей с историей, участником которой ему довелось стать несколькими годами ранее.
Рассказ Пола Ониенса чрезвычайно заинтересовал детектива Гордона. Особенно интересным казалось то, почему о нападении на Ониенса ничего не стало известно «Целевой группе», сотрудники которой во всех подразделениях полиции целенаправленно собирали сведения об имевших место нападениях на туристов в районе леса Белангло? Гордон немедленно выехал в Гоулберн, чтобы в архиве тамошнего полицейского управления «поднять» материалы дознания 1990 г.
В Гоулберне детектива ждал очередной сюрприз: выяснилось, что никаких документов, связанных с нападением в январе 1990 г. на Пола Ониенса, в полицейском управлении нет. Вообще нет! Не существует! Куда и почему они исчезли за минувшие с той поры два с лишком десятилетия, выяснить так и не удалось.
Однако Гордону удалось отыскать детектива Николсона, допрашивавшего Ониенса 25 января 1990 г., в день нападения на последнего. Николсон хорошо запомнил англичанина и сумел отыскать в старом блокноте личные записи, на основании которых подготовил таинственно исчезнувший из архива протокол. Согласно записям Николсона, Ониенс утверждал, что напавший управлял внедорожником серебристого цвета, возможно «ниссан», представился «Биллом» и сказал, что работает дорожно-транспортным администратором в муниципалитете Ливерпуля, западном пригороде Сиднея. По словам «Билла», в его задачу входило отслеживание состояния дорожной разметки, знаков, стоков ливневой канализации на дорогах и т. п. Ониенс дал довольно подробное описание внешности загадочного «Билла»: он утверждал, что тот имел рост 182 см или чуть более, носил чёрные очки, а возраст его составлял 35 лет или около того. Приметной чертой его внешности явились усы «a-la Мерв Хьюз»6, довольно популярные у некоторой части австралийских мужчин.
Получив эту информацию, Пол Гордон помчался на встречу со Стивом Личем. Перебрав список основных подозреваемых, детективы выбрали нескольких, подходящих под описание Пола Ониенса. Лучшим из этих перспективных подозреваемых был некто Иван Милат, хорват по национальности, попавший в картотеку «Целевой группы» ещё в декабре 1993 г. (Имя Милата, если произносить его на английский манер, будет звучать как «Айвен», но мы будем называть его на славянский манер «Иваном» – это не так режет слух русского человека). Во-первых, Милат владел одно время серебристым внедорожником «Nissan Patrol 4WD», во-вторых, его отец эмигрировал в Австралию из Югославии, в-третьих, он работал дорожным рабочим. Наконец, Милат был разведён и судим за сексуальные преступления.
Мерв Хьюз. Сказать об этом человеке решительно нечего: какой спорт – такие и спортсмены. По степени увлекательности с крикетом могут сравниться только такие экзотические виды спорта, как сплав на топляке по Оби и поддавки в шашки. Причём, оба отечественных развлечения в своей дебильности заметно уступят английскому конкуренту.
Правда, в поле зрения «Целевой группы» Иван Милат попал изначально не как потенциальный преступник, а напротив, помощник. Ещё в ноябре 1993 г. он обратился в полицию с заявлением о том, что предположительно видел попытку похищения туристки-автостопщицы на парковке у одного из гипермаркетов на выезде из Сиднея. Сцена эта имела место осенью 1992 г., но Милат, несмотря на прошедший срок, хорошо помнил детали.
Он утверждал, что к девушке приставали двое сравнительно молодых мужчин – обоим было до 30 лет, одежда их выглядела неряшливой, оба имели длинные немытые волосы, один был усат, второй – то ли отпускал бородёнку, то ли просто был небрит. Во всяком случае, Милат утверждал, что при необходимости сумеет опознать обоих. Также он дал описание автомашины предполагаемых похитителей – старой модели, красного цвета, с кузовом «универсал». Описал он и девушку. По словам свидетеля, один мужчина забрал у девушки рюкзак и не отдавал, несмотря на её требования, а второй пытался силой усадить девушку в салон. Правда, Милат уточнил, что похищение как таковое не состоялось – он принялся демонстративно наблюдать за действиями мужчин, и те, заметив интерес с его стороны, отпустили туристку. Затем они выбросили из машины её рюкзак и быстро уехали с парковки. Свидетельство Ивана Милата расценивалось как очень ценное, ведь при задержании подозреваемых он мог их опознать!
Существовало и другое соображение, работавшее против предположения, будто Иван Милат является разыскиваемым убийцей туристов. Дело заключалось в том, что ко времени нападения на Пола Ониенса подозреваемому уже исполнилось 45 лет; между тем, Ониенс говорил о преступнике в возрасте около 35 лет. С одной стороны, разница довольно заметна, хотя с другой – не критична, особенно в том случае, если Милат имел привычку красить волосы и тем самым скрывать седину.
Иван Милат. Нет, это не парень из трущоб, скорее это парень с дорожного катка (понимать надо буквально – работал на дорожном катке при укладке асфальта). В годы одурманенной марихуаной и гашишем молодости он неоднократно попадал в поле зрения полиции по обвинениям в сексуальных посягательствах. Затем, вроде бы остепенился, к 30 годам нашёл постоянную работу, где характеризовался руководством и коллегами очень хорошо. Когда «Целевая группа» обратилась к населению с просьбой помочь в расследовании, Иван связался с полицейскими и сообщил информацию, которая была расценена как имеющая важное ориентирующее значение для последующих розысков. Фотография сделана женой Ивана – Карен – в июле 1987 г. Нетрудно заметить, что Милат в то время имел усы, наподобие тех, что носил Мерв Хьюз. В контексте нашего повествования эта деталь скоро окажется очень важна.
Обсудив добытую Гордоном информацию с членами своей бригады из четырёх детективов, сержант Лич сделал доклад руководителю «Целевой группы» Клайву Смоллу. Вместо слов благодарности на Лича вылился поток брани, Смолл потребовал прекратить возню вокруг Милата и заняться отработкой более перспективных подозреваемых. Сержант был обескуражен полученной от начальника выволочкой, однако, на свой страх и риск, решил проверку Ивана Милата не останавливать. Бригада Стива Лича (в неё входил и Пол Гордон) принялась за дело.
Информация о семейке Милатов, которую полицейские стали получать от бывших соседей, школьных соучеников и коллег по многочисленным местам работ, по базам криминального учёта, из архивов судов и социальной службы, оказалась весьма любопытной. Семья была не только многочисленной, но и очень дружной. Отец – Стэпан Марко Милат, родившийся на острове Корчула в Адриатическом море в декабре 1902 г., – эмигрировал в Австралию в 1933 г. из тогдашнего Королевства Югославии. Через год он познакомился со своей будущей женою и пылко для мужчины своего возраста влюбился. Его избраннице тогда едва исполнилось 14 лет, и её совершенно не интересовал диковатый мужик с ужасным акцентом, который к тому же был старше её на 18 лет. Тем не менее, Стэпан, который на англизированный манер стал именовать себя Стефаном, два года ухаживал за девушкой и, наконец, сделал ей предложение. Совсем молоденькая Маргарет Элизабет согласилась принять фамилию Милат. Родители характеризовались всеми, знавшими их, как очень трудолюбивые, строгие и справедливые. Это были по духу своему сельские жители с соответствующей шкалой этических представлений и ценностей: они не брали в долг, копили деньги, не имели привычки хвастаться, были скромны в одежде, питании, бытовых запросах, а кроме того, очень набожны. В их долгом, хотя, по-видимому, не очень счастливом браке родились 10 сыновей и 4 дочери (одна из девочек умерла в младенчестве). Перечислим детей в порядке старшинства: Ольга, Александр, Борис Стэнли, Мэри Лилиан, Иван Роберт Марко, Ширли Маргарет Элизабет, Уилльям Алан Стефан, Майкл Гордон, Уолтер Фрэнсис, Джордж Питер, Маргарет Мария, Ричард Джеймс, Дэвид Джон, Пол Томас.
В 1930-1940-х гг. семья отчаянно нуждалась. По воспоминаниям детей и их школьных товарищей, Милаты жили тогда в сарае с земляным полом. Внутреннее пространство сарая делил надвое брезентовый полог, сшитый из военной палатки – в одной части стояли кровати детей, в другой – родителей. Стефан Милат без выходных работал грузчиком в сиднейском доке – это был тяжёлый, отупляющий и изнуряющий труд, который никак нельзя было назвать высокооплачиваемым. Пока старшие
